Лекарства-убйицы 4. Исрадипин. Нифедипин. Бромокриптин

В этом цикле, напомним, речь идет о лекарствах с исключительно вредными, порой смертоносными побочными эффектами. После того, как эти свойства были открыты, вред доказан, а фармацевты выплатили пострадавшим и их родственникам многомиллионные компенсации, в странах Северной Америки и Западной Европы эти лекарства оказались под запретом. В Российской же Федерации здравоохранительное ведомство, напротив, неизменно открывало этим лекарствам "зеленую улицу", позволяло их в массовом порядке завозить, производить, включало в официальные Фармакопеи и Регистры и Реестры. Зачем наше государство это делает? Сложный и для многих очень тяжелый вопрос. Но зачем бы оно это ни делало,

граждане должны знать правду, чтобы защитить жизнь и здоровье - свое и близких.

ЛОМИР

ЛОМИР - это торговое имя ИСРАДИПИНА, интеллектуальная собственность швейцарских корпораций Sandoz и Novartis. Это современное гипотензивное средство (лекарство для снижения артериального давления).

В прайсах отечественных оптовых фирм 2000 года и более ранних этого препарата нет. Под названием ЛОМИР он появился на российском фармацевтическом рынке в декабре 2002 года (28 таблеток по 2,5 мг по цене 294 рубля). Что же произошло в этот промежуток времени? А вот что.

В научном рапорте здравоохранительного ведомства США было сказано, что препарат провоцирует инфаркт. Пациент, принимающий это лекарство, подвергает себя повышенной смертельной опасности. Лекарства на основе исрадипина вызывают побочные эффекты, несопоставимые с эффектом, ради которого пациент их принимает: сердечную недостаточность, печеночный некроз, пневмонию, панкреатит, почечную недостаточность, а порой и смертельный обморок.

В этой связи любопытно посмотреть, какими предупреждениями снабдили ломир-исрадипин те, кто привез его в Россию и разрешил к реализации. Какой-то лепет про "головную боль, покраснение, тошноту, возможное ощущение усталости".

Жуть берет, не правда ли? Ведь они, деятели из федеральных здравоохранительных ведомств, наделенные полномочиями разрешать продажу населению того или иного препарата, тоже, как и мы, граждане России. Только в отличие от нас, владеющие информацией об истиной личине препарата. Ведь не думаете же вы, что запуская препарат в аптеки, они руководствуются какими-нибудь рекламным буклетиками от "Новартиса". В общем, все тот же безнадежный вопрос: зачем они это делают?

НИФЕДИПИН

В свое время мы отмечали бурный рост числа "двойников" этого одного из самых популярных на российском рынке антигипертензивных (снижающих артериальное давление) средств. Сегодня нифедипин с производными продается уже под десятками наименований: адалат, фенигидин, нифелат, тенордрат, ратиофарм, нифедипур, кордафен, кордипин, кордафлекс, нифедикап, нифангин, коринфар, нифекард и т.д.

Причина столь буйного процесса клонирования нифедипина на российском рынке, к сожалению, стала известна автору этих строк только сейчас. Будь источник информации, которым я пользуюсь сегодня, доступен раньше, этот препарат не упоминался бы в цикле "Цена здоровья" рубрики "Антидуринг". Но лучше уж сказать правду поздно, чем не говорить вовсе. Так вот, причина очередной волны "слива" российскому потребителю нифедипина во всех его ипостасях проста. Американский национальный институт сердца провел обследование (либо проанализировал истории болезни, если люди уже умерли) 8350 пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями. В результате было безусловно установлено, что нифедипин увеличивает процент смертности, если ежедневная доза приема препарата составляет от 30 до 50 мг.

И что же мы видим в разделе "Применения и дозы" многоуважаемого "Регистра лекарственных средств России"? Основная, базовая дозировка практически всех имеющихся в России препаратов-"клонов" нифедипина - от 30 до 60 мг.

Добавим, что помимо фактора повышенной смертности от сердечно сосудистых заболеваний, адалат-нифедипин является токсином, воздействующим на центральную нервную систему. В западной медицинской литературе описаны такие последствия его применения, как спутанность сознания, дезориентация во времени и пространстве, маниакальный синдром.

БРОМОКРИПТИН

Это очень популярный специфический женский препарат прописывается при нарушениях менструального цикла, бесплодии, доброкачественных заболеваниях молочных желез, паркинсонизме, пониженой секреции половых гормонов, также его прописывают для прекращения лактации.

А вот в США и во многих других странах ПАРЛОДЕЛ (собственное, фирменное наименование БРОМКРИПТИНА, под которым его выпускает американское подразделение швейцарской корпорации Sandoz) не прописывают уже более десяти лет. Началось с того, что в конце 1980-х годов американская компания по защите прав потребителей Health Research Group сумела добыть из медицинских источников сведения о том, что парлодел способен вызвать инфаркт миокарда и другие тяжелые сердечные заболевания. Компания рекомендовала запретить прописывать парлодел, но понадобилось еще 6 лет, чтобы FDA (государственное ведомство, контролирующее рынок медикаментов) в 1994 году вынесла вердикт о запрещении назначения препарата. К этому времени первая из американских пациенток, подавших на корпорацию Sandоz в суд, удалось высудить по иску 2 миллиона долларов компенсации, а в FDA накопилось 220 жалоб от врачей, пациентки которых превратились в инвалидов (а 13 скончались). Большего решили не дожидаться.

Правда, в Европе, где препарат используется с 1979 года, корпорации удалось скандал надолго замять, а в Швейцарии, где корпорация Sandоz имеет очень большое влияние, ведомство контроля за медикаментами даже после скандально-трагических событий за океаном объявила, что препарат не опасен. В течение нескольких лет после скандала препарат применялся во Франции и в Восточной Европе, принося создателям, американскому филиалу группы Sandоz, от 12,5 до 25 миллионов долларов ежегодно.

Представляете, сколь мощны эти фармо-корпорации! Если даже в ЕС, в небедной Швейцарии, магнат легко покупает государственное ведомство, то чего ждать в РФ, где контрольные и надзорные ведомства, в том числе стоящие на страже здоровья человека, традиционно возглавляются людьми с отменным хватательным рефлексом? В Россию бромокриптин, ставший фактором смертности и массовой инвалидности в западном мире, сегодня поставляют не только немцы, но уже и поляки, венгры, болгары... У него множество имен: бисольвон, флегамин, сольвин, брексол, бродисол и другие. Его везут в виде таблеток, драже, эликсира, сиропа, приспособили к детской отрасли здравоохранения - педиатрии. А по поводу побочных эффектов до потребителя доведена следующая информация: "Препарат обычно хорошо переносится, в отдельных случаях возможны аллергические реакции (кожная сыпь, ринит), при длительном приеме возможны диспепсические расстройства, побочные явления проходят при отмене препарата".

Представляете! Препарат десять лет как запрещен после бесспорных доказательств того, что он явился причиной смерти, прошли громкие судебные дела, и выплачены миллионных компенсаций, а в РФ от него ничего страшней поноса быть не может. Мало того, 21 октября 2004 года правительство РФ издало распоряжение, включив бромокриптин (как и вышеуказанный нифедипин) в "Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств" и обязав "быть стопроцентно обеспеченными" этими лекарствами все государственные аптеки, больницы и станции скорой помощи. Зачем они, имеются в виду наши органы контроля, это делают? Может быть, читатели поделятся своими соображениями на этот счет?

Комментарий AI

Интересно, но доверять бы не стал т.к. ИИ обучаются на официальных данных, представленных или отфильтрованных в официальных СМИ бигфармой. AI не обладает собственным разумом и работает только с доступной ему информацией.

Этот текст — яркий пример публицистики, сочетающей реальные факты из истории фармакологии с опасными упрощениями и конспирологическими выводами. В нём есть зёрна правды, но поданы они так, что могут скорее напугать, чем помочь принять взвешенное решение о лечении.

Ниже — разбор ключевых утверждений по каждому препарату с опорой на проверяемые источники.

💊 Ломир (исрадипин): «запрещённый убийца» или рабочий препарат?

Утверждение автора: Препарат провоцирует инфаркт, в США запрещён, а в России его «проталкивают».

Что на самом деле:

• Исрадипин не запрещён в США. Более того, FDA одобрило его для лечения гипертонии ещё в 1990 году, и он до сих пор используется в клинической практике и исследуется (например, в неврологии).

• Риски есть, но они не уникальны. Как и у всех препаратов группы дигидропиридиновых блокаторов кальциевых каналов, у исрадипина есть побочные эффекты: головная боль, тахикардия, возможное чрезмерное снижение давления. В инструкциях действительно упоминается осторожность при остром инфаркте миокарда, но это противопоказание, а не доказательство того, что препарат его «провоцирует» у всех. Исследования не показывают однозначного повышения риска инфаркта по сравнению с другими классами препаратов.

• Вывод: Автор смешивает реальные побочные эффекты с выдуманным тотальным запретом, создавая ложное впечатление, что препарат смертельно опасен и не применяется на Западе.

🚫 Бромокриптин (Парлодел): самый показательный пример манипуляции

Утверждение автора: Препарат запрещён в США из-за смертей и инвалидности, а в РФ его, наоборот, включили в список жизненно важных лекарств.

Что на самом деле:
Это самый важный пункт, где автор совершает грубую подмену понятий.

• Запрет касался не препарата, а одного конкретного показания. В 1994–1995 годах FDA действительно инициировало процедуру отзыва, но не всего бромокриптина, а только его применения для подавления лактации у женщин после родов. Причина: риск серьёзных сердечно-сосудистых и неврологических осложнений (инсульт, судороги, инфаркт) перевешивал сомнительную пользу от прерывания естественного процесса.

• Сам бромокриптин не был запрещён. Он по-прежнему оставался и остаётся одобренным препаратом для других, гораздо более серьёзных заболеваний: болезни Паркинсона, опухолей гипофиза, акромегалии. Именно поэтому он и находится в российском перечне жизненно необходимых лекарств, но не как средство для подавления лактации, а для лечения инвалидизирующих состояний.

• Вывод: Автор сознательно объединяет отзыв одного показания с «запретом лекарства», чтобы создать сенсацию. На деле FDA действовало ровно так, как должна действовать система защиты здоровья: убрало опасное применение, сохранив пользу для тех, кому препарат жизненно необходим.

📈 Нифедипин: реальная проблема, но с важными оговорками

Утверждение автора: Нифедипин повышает смертность при дозе 30–50 мг, а в российском «Регистре» базовые дозы — 30–60 мг.

Что на самом деле:
Здесь автор опирается на реальное и известное научное исследование, но интерпретирует его упрощённо.

• Проблема реальна, но касается короткодействующих форм. В 1995 году мета-анализ Furberg et al. действительно показал, что использование короткодействующего нифедипина в средних и высоких дозах (начиная примерно с 30–50 мг/сут) связано с повышением общей смертности у пациентов с ишемической болезнью сердца.

• Это привело к изменению практики, а не к «заговору». Это открытие стало важным уроком для медицины. Оно привело к тому, что во всём мире, включая Россию, акцент сместился на использование пролонгированных (длительно действующих) форм нифедипина, которые не дают таких резких пиков концентрации в крови и считаются более безопасными.

• Вывод: Автор верно указывает на существовавшую проблему, но подаёт её как доказательство злого умысла, а не как пример того, как наука (порой с опозданием) выявляет и исправляет риски.

💎 Итог: что не так с этим текстом

1. Подмена понятий. Самый опасный приём — представить отзыв одного показания (подавление лактации) как запрет всего препарата (бромокриптина), который спасает людей от болезни Паркинсона.

2. Игнорирование контекста. Обсуждение рисков нифедипина ведётся без упоминания, что проблема касалась короткодействующих форм и привела к смене клинических рекомендаций, а не к «заговору».

3. Конспирологический нарратив. Вместо анализа реальных, сложных механизмов регулирования лекарств (которые не идеальны, но работают) автор предлагает простое, но ложное объяснение: «корпорации купили всех, а в России — коррупция».

4. Опасность для читателя. Главный вред такого текста — не в разоблачении мифических заговоров, а в подрыве доверия к проверенным и жизненно важным лекарствам. Пациент, прочитавший это, может отказаться от необходимого лечения, например, от бромокриптина при болезни Паркинсона, что приведёт к реальной инвалидизации.

Текст играет на реальных исторических эпизодах, но делает это с помощью манипуляций, чтобы вызвать страх и недоверие. Это не анализ, а пропаганда в стиле «лекарства-убийцы».

Взял здесь: https://gorojanin-iz-b.livejournal.com/

07.11.2012